Воскресенье, 22 октября 2017
Карта сайта Email Главная Мобильная версия
Главная страница / Практика / Обобщения судебной практики

Полный список материалов

Обзор практики рассмотрения споров о защите интеллектуальных прав

ОБЗОР

практики рассмотрения споров о защите интеллектуальных прав

В соответствии с планом работы на 1 полугодие 2015 года Арбитражным судом Вологодской области (далее - суд) проведено обобщение судебной практики по спорам о защите интеллектуальных прав.

Целью проведения обзора является изучение и обобщение судебной практики по спорам о защите интеллектуальных прав для формирования единообразного применения материального и процессуального законодательства при разрешении исследуемой категории споров.

Предметом анализа явились судебные акты, вынесенные за период 2011 - 2014 года, часть из которых прошла проверку в вышестоящих судебных инстанциях.

Судом за период 2011 - 2014 год рассмотрено 204 дела указанной категории, из них в 2011 году - 127 дел; в 2012 году - 30 дел, 2013 году 30 дел, в 2014 году 17 дел, за 4 месяца 2015 года поступило - 8 дел, таким образом наблюдается уменьшение числа дел указанной категории.

При разрешении споров о защите интеллектуальных прав основными проблемными вопросами являются: определение количества нарушений и размера компенсации при множественности нарушений прав на товарный знак, определение схожести объектов исключительных прав до степени их смешения, оценка доказательств нарушения исключительных прав.

1. Размещение нескольких товарных знаков на одном материальном носителе является нарушением исключительных прав на каждый товарный знак.

По делу № А13-8185/20П Общество обратилось с иском к Предпринимателю о взыскании денежной компенсации за нарушение прав на товарный знак в виде изображения образа персонажей анимационного сериала «Смешарики» «Крош» (свидетельство № 321933), «Нюша» (свидетельство № 332559), «Ежик» (свидетельство № 384581), «Лосяш» (свидетельство № 321870), «Совунья» (свидетельство № 321869), «Пин» (свидетельство № 335001), «Бараш» (свидетельство № 384580), «Кар-Карыч» (свидетельство № 321868), «Копатыч» (свидетельство № 321815), «Смешарики» (свидетельство № 282431) в размере по 20 000 руб. 00 коп. за нарушение прав истца на один товарный знак, всего 200 000 руб. 00 коп.

В обоснование заявленных требований истец указал на факт нарушения ответчиком принадлежащего истцу исключительного права на данные товарные знаки, выразившийся в хранении, предложении к розничной продаже и реализации ответчиком контрафактного товара (закладок, магнитов), использующих изображения, имитирующие указанных персонажей анимационного сериала «Смешарики». В качестве правого обоснования исковых требований истец ссылается на нормы статей 1225, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Судом установлено, что истец является правообладателем товарного знака, имеющего стилизованное словесное обозначение «Смешарики» и комбинированных товарных знаков, включающих стилизованное словесное обозначение «Смешарики», название персонажей анимационного сериала «Крош», «Ёжик», «Нюша», «Совунья», «Бараш», «Лосяш», «Пин», «Кар-Карыч», «Копатыч» и графическое изображение этих персонажей в соответствии со свидетельствами Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам № 282431, № 321933, № 384581, № 332559, № 321869, № 384580, 321870, № 335001, 321868, № 321815, в отношении товаров и услуг 16 класса МКТУ.

19.11.2010 ответчиком был реализован товар - три закладки «Смешарики» и три магнита «Смешарики», на которых воспроизведены изображения, имитирующие персонажей анимационного сериала «Смешарики» и сходные до степени смешения с 10 товарным знаками, правообладателем которых является истец.

Решением суда от 23.12.2011 по делу № А13-8185/2011 в удовлетворении иска отказано по мотиву недоказанности факта нарушения.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2012 решение суда первой инстанции отменено, вынесен новый судебный акт о взыскании компенсации в размере 10 000 руб.

Суд апелляционной инстанции переоценил выводы суда первой инстанции, посчитал факт нарушения доказанным, указал: исходя из характера допущенного правонарушения, с учетом разовой покупки контрафактной продукции в незначительном объеме, отсутствия сведений о ранее допущенных ответчиком нарушений исключительных прав истца, с соблюдением принципов разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, не выходя за пределы, установленные статьей 1301 ГК РФ, апелляционный суд взыскивает компенсацию в размере 10 000 руб.

Постановлением Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 04.06.2012 постановление суда апелляционной инстанции оставлено без изменения.

Постановлением Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 27.11.2012 № 9414/12 все ранее вынесенные по настоящему делу судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение.

Президиум Высшего Арбитражного суда Российской Федерации указал: согласно пункту 43.3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 N 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление от 26.03.2009 N 5/29), рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом  суд  не лишен   права  взыскать сумму  компенсации  в  меньшем  по сравнению с заявленным требованием размере, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса.               

Удовлетворяя частично исковое требование, суд апелляционной инстанции исходил из того, что истцом доказан факт принадлежности ему исключительных прав на названные товарные знаки и нарушение этих прав ответчиком и определил компенсацию в сумме 10 000 рублей.

Однако, взыскивая компенсацию в предусмотренном статьями 1252 и 1515 Гражданского кодекса минимальном размере, суд апелляционной инстанции не учел, что каждый из десяти товарных знаков является самостоятельным объектом исключительных прав, подлежащих защите.

Пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса установлено, что правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

Компания требовала взыскания с предпринимателя компенсации за каждый случай неправомерного размещения им товарного знака.

При этом размещение нескольких товарных знаков на одном материальном носителе в этом случае является нарушением исключительных прав на каждый товарный знак.

В результате неправильного исчисления компенсации за незаконное использование принадлежащих истцу товарных знаков суды апелляционной и кассационной инстанций взыскали компенсацию за нарушение исключительных прав в размере ниже низшего предела, установленного пунктом 1 статьи 1515 Гражданского кодекса, что не согласуется с разъяснениями, содержащимися в пункте 43.3 постановления от 26.03.2009 N 5/29.

При указанных обстоятельствах обжалуемые судебные акты как нарушающие единообразие в толковании и применении арбитражными судами норм материального права согласно пункту 1 части 1 статьи 304 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отмене.                                           

Решением Арбитражного суда Вологодской области 30.04.2013 при новом рассмотрении дела исковые требования удовлетворены в сумме 100 000 руб., из расчета по 10 000 руб. за каждый товарный знак.

В апелляционной инстанции решение суда от 30.04.2013 оставлено без изменения.

2. Явное несоответствие заявленного размера компенсации последствиям нарушения исключительных прав с учетом однократного случая нарушения ответчиком исключительных прав истца, и его незначительность, является основанием для снижения судом размера компенсации.                                 

По делу № А13-10051/2011 Общество обратилось с иском к Предпринимателю о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на произведения в сумме 540 000 рублей. В обоснование заявленных требований истец указал на факт нарушения ответчиком принадлежащего истцу исключительного права на произведения, выразившийся в реализации ответчиком контрафактного товара - DVD-диска с записью анимационного фильма, исключительные права на который принадлежат истцу; в качестве правового обоснования сослался на статью 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ПК РФ).

До рассмотрения дела по существу истец дополнил основания иска и увеличил исковые требования: просит взыскать с ответчика компенсацию в размере 980 000 руб., в том числе: 560 000 руб. - за нарушение исключительных прав истца на анимационный сериал «Винкс Клаб. Школа волшебниц», выразившееся в незаконном распространении контрафактного экземпляра диска с аудиовизуальным произведением под наименованием «Школа волшебниц. 4 сезон. 104 серии. Полная версия», содержащего запись 28 выпусков произведения «Винкс Клаб. Школа волшебниц»; 420 000 руб. - за нарушение исключительных прав истца на анимационный сериал «Смешарики», выразившееся в незаконном распространении контрафактного экземпляра диска под наименованием «Смешарики. Мультсериал для всей семьи. Выпуск 1-21. Включая новый выпуск №20 Эрудит», содержащего запись аудиовизуального произведения - анимационного сериала «Смешарики», исключительные права на который принадлежат истцу.

Ответчик не согласился с размером компенсации, сославшись на неправомерность разбиения истцом аудиовизуальных произведений на выпуски в обоснование размера компенсации и явное несоответствие размера заявленной компенсации последствиям нарушения исключительных прав истца.

Судом установлено, что истец является правообладателем исключительных авторских прав на воспроизведение и распространение анимационных сериалов «Винкс Клаб», что подтверждается лицензионным договором от 27.03.2009, и «Смешарики», что подтверждается сублицензионным договором от 01.04.2010.

02.12.2010 представителем истца в торговой точке, принадлежащей ответчику, приобретен контрафактный диск формата DVD с записью анимационного сериала «Школа волшебниц. 4 сезона. 104 серии. Полная версия», и контрафактный диск формата DVD с записью анимационного сериала Смешарики. Мультсериал для всей семьи. Выпуск 1-21. Включая новый выпуск №20 Эрудит».

Суд посчитал исковые требования обоснованными, указав, что факт реализации ответчиком в отсутствие согласия правообладателя DVD-диска, содержащего выпуски анимационного сериала «Смешарики», а также DVD-диска с записями анимационного сериала «Винкс Клаб. Школа волшебниц» подтверждается материалами дела, в том числе товарным чеком, на котором указан индивидуальный налоговый номер ответчика, наименование проданного товара и его стоимость.

Суд согласился с доводами ответчика о явном несоответствии заявленного размера компенсации последствиям нарушения исключительных прав истца и, учитывая однократный случай нарушения ответчиком исключительных прав истца, отсутствие в материалах дела доказательств совершения такого правонарушения ранее, а также принимая во внимание незначительность допущенного нарушения и степень вины нарушителя, посчитал необходимым снизить размер компенсации до 80 000 руб.

В апелляционной и кассационной инстанции решение оставлено в силе.

3. Размер компенсации может быть установлен судом исходя из нарушения в целом (факта продажи), а не за каждый контрафактный товар.

По делу № А13-10127/2011 судом установлено, что Истец является правообладателем товарного знака «VBF» в соответствии со свидетельствами Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам №№ 426542, 182793, 181883, 180864, в отношении товаров и услуг 07 класса МКТУ, в том числе - подшипники.

Ответчик при продаже 29.01.2011 в магазине комплекта роликов (два подшипника - натяжной и опорный ролики) натяжной ремня ГРМ, без разрешения правообладателя - истца использовал сходное до степени смешения с его товарным знаком обозначение «VBF» в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован; 07.02.2011 в том же магазине Ответчик при предложении к продаже натяжных роликов, имеющих маркировку «VBF Russia 2108-1006120» в количестве двух штук, и натяжных роликов с маркировкой «VBF Russia 2112-1006135», в количестве одной пары, использовал тот же товарный знак без разрешения правообладателя.

Решением суда исковые требования удовлетворены частично.

В обоснование снижения размера компенсации суд сослался на пункт 43.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №5, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 29 от 26.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», и принимая во внимание незначительность допущенного нарушения и степень вины нарушителя, снизил размер компенсации до 60 000 руб.

Постановлением суда апелляционной инстанции решение суда изменено, с предпринимателя взыскана компенсация в сумме 20 000 руб. с указанием следующее.

Исходя из правового смысла статей 1252 и 1515 ГК РФ, а также учитывая Постановление Пленума № 5/29, следует, что компенсация может быть взыскана за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности  или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом. При этом    минимальный размер компенсации составляет 10 000 руб.

Поскольку материалами дела подтверждается, что ответчик дважды предложил к продаже контрафактную продукцию (два эпизода), объемы которой являются незначительными (29.01.2011 продан комплект роликов (два контрафактных подшипника), 07.02.2011 - четыре), в силу требований вышеназванных норм ГК РФ, размер компенсации может быть определен в размере 20 000 руб. (в зависимости от допущенных правонарушений в целом).

4. При нарушении исключительного права правообладатель вправе требовать от нарушителя возмещения убытков или выплаты компенсации за нарушение указанного права при доказанности факта нарушения.                                   

По делу № А13-11945/2014 истец обратился в арбитражный суд с иском о взыскании компенсации за нарушение его исключительных права на объекты интеллектуального права, ссылаясь на реализацию ответчиком контрафактного товара.

В качестве доказательств покупки у ответчика контрафактного товара истцом представлен товарный чек, обязанность выдачи которого по требованию покупателя предусмотрена действующим законодательством. Однако названный документ содержит лишь указание на то, что у предпринимателя была приобретена кофта мужская стоимостью 550 руб. Доказательства того, что указанная кофта содержит изображение, сходное с товарным знаком истца, им не представлены.

Фотографии некой толстовки с нанесенным изображением «М-1 RUSSIA MIXFIGT» не могут свидетельствовать о том, что данный контрафактный товар был приобретен именно у ответчика, поскольку не позволяют установить где, кем и когда была осуществлена фотосъемка.

Никаких других доказательств распространения ответчиком контрафактного товара истец не представил.

Определением суда истцу предлагалось представить доказательства приобретения контрафактного товара у ответчика.

В соответствии с принципом состязательности, закрепленным в статье 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Поскольку безусловные доказательства, подтверждающие наличие факта покупки у ответчика толстовки с изображением обозначения «М-1 RUSSIA MIXFIGT», истцом не представлены, в удовлетворении иска отказано.

В вышестоящие инстанции решение не обжаловалось.

По делу № A13-13993/2014 в подтверждение факта продажи товара истцом представлены товарный и кассовый чеки. Данные документы содержат дату продажи, цену, количество, подпись продавца и штамп ответчика, указан ИНН продавца. В графе «наименование товара» представленного товарного чека, выданного покупателю, указано «дет. одежда». Кроме того, момент приобретения товара, содержащего изображения, имитирующее персонажей анимационного сериала «Смешарики» - Крош», «Копатыч» зафиксирован видеозаписью.

Оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ в их совокупности, суд указал следующее.

В силу статьи 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Таким образом, товарный чек является достаточным доказательством заключения договора розничной купли-продажи, так как отвечает требованиям статей 67 и 68 АПК РФ.

Поскольку покупка товара оформлена в соответствии с требованиями статьи 493 ГК РФ, представленный истцом товарный чек является допустимым доказательством, подтверждающим факт розничной купли-продажи товара ответчиком, судом признан доказанным факт нарушения ответчиком прав истца, исковые требования удовлетворены.

В вышестоящие инстанции решение не обжаловалось.

5. При наличии сходства двух объектов исключительных прав до степени смешения (введения в заблуждение потребителя и (или) контрагента) преимущество предоставляется средству индивидуализации, возникшему ранее.

По делу № А13-7482/2012 Общество обратилось в суд с иском к Предпринимателю о возложении обязанности удалить с вывесок принадлежащих ответчику кафе наименование, сходное до степени смешения с товарным знаком истца.

Судом установлено, что истец зарегистрирован в качестве юридического лица 14.02.2002 под фирменным наименованием общество с ограниченной ответственностью «Мак Мастер». Согласно свидетельству на товарный знак №210224 в государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания 29.03.2002 зарегистрировано с приоритетом 26.05.2000 право истца на товарный знак «Макмастер» (сроком действия регистрации - до 26.05.2020) в отношении товаров (услуг) 42 класса МКТУ, в том числе - кафе.                                               

На вывесках принадлежащих ответчику кафе размещено схожее до степени смешения с вышеуказанным товарным знаком наименование «Мак Мастер», являющееся как указывает ответчик, коммерческим обозначением принадлежащих ответчику пунктов общественного питания - кафе.

Полагая, что смешение коммерческого обозначения кафе ответчика с зарегистрированным товарным знаком нарушает исключительное право истца, истец обратился с настоящим иском в суд.

В качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации (статья 1482 ГК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Учитывая буквенную идентичность и полное фонетическое совпадение товарного знака истца и коммерческого обозначения ответчика, применение указанных объектов в одной сфере услуг - кафе быстрого питания, суд пришел к выводу о возможности введения потребителя в заблуждение в результате сходства двух указанных объектов.

Суд отклонил доводы ответчика об отсутствии схожести между товарным знаком и коммерческим обозначением указав, что разница в написании товарного знака «Макмастер» и коммерческого обозначения «Мак Мастер» не является существенной, достаточной для индивидуализации указанных объектов.

С учетом того, что приоритет товарного знака установлен 26.05.2000, а использование коммерческого обозначения в соответствии с представленными свидетельствами о регистрации объекта общественного питания №84 серия ОП от 06.07.2001 и №246 серия ОБЩ-П от 13.12.2007 начато позднее, суд пришел к выводу о том, что преимущество имеет товарный знак истца как средство индивидуализации, исключительное право на которое возникло ранее.

Поскольку истец является владельцем товарного знака, факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак подтвержден совокупностью доказательств, представленных в материалы дела, требование истца о возложении обязанности удалить с вывесок принадлежащих ответчику кафе наименование, сходное до степени смешения с товарным знаком истца судом удовлетворено.

В вышестоящие инстанции решение не обжаловалось.

По делу № А13-11195/2012 Общество обратилось в суд Вологодской с иском к Предпринимателю о пресечении нарушения исключительных прав на товарный знак «SvetaLED» путем запрета использовать товарный знак «SvetaLED» или обозначение, схожее с ним до степени смешения, в доменном имени «svetaled.ru».       

Судом установлено, что истец является правообладателем товарного знака «SvetaLED», что подтверждается свидетельством на товарный знак (знак обслуживания) от 16.06.2011 № 439301 по заявке № 2010728900 с датой приоритета 07.09.2010 и сроком действия до 07.09.2020 в отношении товаров и услуг 9, 11, 42 классов Международной классификации товаров и услуг.

В соответствии со свидетельством о государственной регистрации доменного имени от 13.04.2011 ответчик является администратором доменного имени «svetaled.ru» в сети Интернет, которое зарегистрировано за ним 13.04.2011. В связи с этим заявка истца о регистрации доменного имени «svetaled.ru» отклонена по причине занятости доменного имени «svetaled.ru». Согласно указанному свидетельству ответчик получил возможность временного использования (администрирования) домена «svetaled.ru» на основании гражданско-правового договора об оказании услуг, заключенного с ООО «Регистрант».

Ответчик 23.06.2011 направил в адрес истца коммерческое предложение приобрести доменное имя «svetaled.ru» за 3 000 000 руб.

Ссылаясь на то, что использование ответчиком обозначения «svetaled» в доменном имени «svetaled.ru» нарушает исключительные права истца на использование товарного знака «SvetaLED», последний обратился в арбитражный суд с иском о запрете использовать товарный знак.

Истец являясь правообладателем товарного знака «SvetaLED», разрешения либо согласия на использование обозначения «svetaled» ответчику не давал. Доменное имя, используемое ответчиком, зарегистрировано за ним позднее регистрации товарного знака «SvetaLED» истца.                                              

Страница в сети Интернет с доменным именем «svetaled.ru» фактически используется ответчиком для размещения информации об аналогичных товарах, для использования которых зарегистрирован товарный знак «SvetaLED», что подтверждается протоколами осмотра письменного доказательства от 28.02.2012 и от 17.09.2012, составленными нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга Арбузовой Е.Ю.

При таких обстоятельствах администрирование домена «svetaled.ru» ответчиком является нарушением исключительных прав истца на товарный знак «SvetaLED», в связи с чем иск судом удовлетворен.

Апелляционная жалоба возвращена.

6. Правообладатель устройства, послужившего основой для создания полезной модели, обладающей новизной, не приобретает исключительных прав на указанную полезную модель.

По делу № А13-10610/2012 Общество обратилось с иском в суд к Компании о признании недействительным патента на полезную модель «Установка неразрушающего контроля труб с калибровкой дефектоскопического оборудования» (далее - полезная модель).

В обоснование заявленных требований истец указал, что запатентованное техническое решение описывает известную на дату приоритета      патента      установку      ультразвукового      контроля      труб автоматизированную «Волга-16-002» (далее - установка ультразвукового контроля труб), разработчиком которой является истец.

Параллельно истец обратился в Роспатент с возражением против выдачи патента ответчику по основаниям несоответствия полезной модели условию патентоспособности «новизна».

По результатам рассмотрения возражения палатой по патентным спорам Роспатента было установлен факт реализации установки ультразвукового контроля труб до даты приоритета полезной модели по патенту, в связи с чем решением Роспатента патент был признан недействительным.

Не согласившись с указанным решением Роспатента ответчик обжаловал его в Суд по интеллектуальным правам.

Производство по делу № А13-10610/2012 приостанавливалось до вступления в законную силу судебного акта Суда по интеллектуальным правам.                                            

Решением Суда по интеллектуальным правам решение Роспатента признано недействительным, действие патента на полезную модель восстановлено.

Судом по интеллектуальным правам установлено, что установке ультразвукового контроля труб не присущи все приведенные в независимом пункте формулы полезной модели по патенту существенные признаки, тем самым техническое решение заявителя обладает всеми признаками необходимыми для предоставления ему правовой охраны и регистрации в качестве полезной модели.

Постановлением Президиума Суда по интеллектуальным правам решение Суда по интеллектуальным правам оставлено без изменения.

После возобновления производства по делу № А13-10610/2012 истец заявленные требования уточнил, просил признать себя наравне с ответчиком патентообладателем на полезную модель, поскольку в ее разработке использованы чертежи установки ультразвукового контроля труб, авторами которой являлись работники истца.

Суд указал, что в соответствии с пунктом 1 статьи 1351 ПС РФ в качестве полезной модели охраняется техническое решение, относящееся к устройству. Полезной модели предоставляется правовая охрана, если она является новой и промышленно применимой.

Согласно пункту 2 этой же статьи полезная модель является новой, если совокупность ее существенных признаков не известна из уровня техники.

В силу статьи 1357 ГК РФ право на получение патента на изобретение, полезную модель или промышленный образец первоначально принадлежит автору изобретения, полезной модели или промышленного образца.

Согласно статье 1370 ГК РФ изобретение, полезная модель или промышленный образец, созданные работником в связи с выполнением своих трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя, признаются соответственно служебным изобретением, служебной полезной моделью или служебным промышленным образцом.

Право авторства на служебное изобретение, служебную полезную модель или служебный промышленный образец принадлежит работнику (автору).                                        

Исключительное право на служебное изобретение, служебную полезную модель или служебный промышленный образец и право на получение патента принадлежат работодателю, если трудовым или иным договором между работником и работодателем не предусмотрено иное.

Поскольку полезная модель создана работниками ответчика в связи с выполнением своих трудовых обязанностей, и обладает всеми признаками, необходимыми для предоставления правовой охраны, именно ответчику в силу статьи 1370 ГК РФ принадлежит исключительное право на указанную полезную модель.

Поскольку полезная модель обладает новизной, факт участия работников истца в разработке чертежей установки ультразвукового контроля труб не может служить основанием для признания истца патентообладателем полезной модели наряду с ответчиком.

В удовлетворении иска судом отказано.

В вышестоящие инстанции решение не обжаловалось.

7. Законом не установлены специальные правила исчисления исковой давности для требований о защите исключительных прав. В связи с этим к спорным правоотношениям применяется общий срок исковой давности.

По делу № А13-8943/2014 Предприятие обратилось в суд с иском к Обществу о взыскании 250 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак.

В обоснование исковых требований истец указал, что истцу принадлежит исключительное право использования словесного товарного знака «ЮБИЛЕЙНЫЙ»; в 2011 году истцу стало известно, что ответчик в период с 2009 года по 2011 год размещал сходное с товарным знаком обозначение на этикетке производимого ответчиком коньяка «Юбилейный год», а также в сети Интернет в отношении однородных товаров.

Определением суда от 16.12.2014 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены организации - розничные продавцы товара.

Судом установлено, что 01.11.2011 истцу стало известно о том факте, что в продовольственном магазине ответчика осуществлялись реализация и предложение к продаже коньяка «Юбилейный год».

Данный факт подтвержден кассовым чеком и объяснениями истца в исковом заявлении.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу о том, что истец с этого момента узнал или должен был узнать о нарушении его права на товарный знак ответчиками - производителем продукции и розничным продавцом продукции (Продавец), информация о которых размещена на вывеске магазина, ценниках продукции, этикетках, кассовых чеках и в уголке потребителя.                                  

Ответчик производил и поставлял алкогольную продукцию, содержащую в наименовании словосочетание «Юбилейный год», в период с 06.04.2010 по 12.08.2010. Приобретенная 01.11.2011 бутылка коньяка была разлита 08.04.2010. С 10.06.2011 ответчик простаивает и не производит алкогольную продукцию. Вся произведенная алкогольная продукция была арестована в 2011 году. Новая продукция ответчиком не производилась и не реализовывалась в связи с отсутствием соответствующей лицензии. Таким образом, допущенное ответчиком нарушение по использованию при производстве коньяка товарного знака со словосочетанием «Юбилейный год» являлось длящимся в периоде 06.04.2010 по 12.08.2010.

Сославшись на правовую позицию, изложенную в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.04.2013 № 15187/12, согласно которой законом не установлены иные правила исчисления исковой давности для требований о защите исключительных прав на товарный знак, в связи с чем к спорным правоотношениям подлежит применению общий срок исковой давности, суд указал, что трехлетний срок исковой давности по требованию истца к ответчику - производителю продукции о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак истек 21.06.2011, поскольку с данным требованием истец обратился в суд к ответчику 21.06.2014; таким образом, срок исковой давности по требованиям к указанному ответчику истцом пропущен.

Поскольку соответчики - продавцы привлечены к участию в деле в качестве ответчиков по ходатайству истца определением суда от 16.12.2014, срок исковой давности по требованиям к указанным ответчикам истцом также пропущен.

В связи с пропуском срока исковой давности в удовлетворении иска отказано.                                        

На решение суда подана апелляционная жалоба.

8. Истец, заявив требования о компенсации в максимальном размере, предусмотренном статьей 1515 ГК РФ, несет риск последствий совершения процессуальных действий в виде отнесения на него госпошлины пропорционально размеру необоснованно заявленной компенсации.

В ходе изучения и обобщения судебной практики по спорам о защите интеллектуальных прав, были установлены случаи отсутствия единообразного подхода к вопросу о распределение между сторонами расходов по госпошлине в случаях когда судом производилось снижение компенсации за нарушение исключительных прав.

Так по делу № А13-13441/2013 истец определил размер компенсации в виде двукратного размера стоимости товаров на которых незаконно размещен товарный знак исходя из отпускной цены продукции 491 рубль в общей сумме 387 890 рублей. Расчет судом проверен и признается обоснованным. При определении размера компенсации суд, исходя из характера допущенного ответчиком нарушения, степени его вины, вероятных убытков истца, а также руководствуясь принципами разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, снизил размер компенсации до 50 000 рублей. В остальной части иска отказал. Расходы по госпошлине отнесены на ответчика в полном объеме от суммы 387 890 рублей, поскольку требования истцом были предъявлены в суд обоснованно.

При этом суд исходил из аналогии, с правилами распределения судебных расходов, указанными в абзаце 3 пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 81), в соответствии с которыми, если размер заявленной неустойки снижен арбитражным судом по правилам статьи 333 ГК РФ на основании заявления ответчика, расходы истца по государственной пошлине не возвращаются в части сниженной суммы из бюджета и подлежат возмещению ответчиком исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее снижения.

Постановлением апелляционной инстанции решение суда оставлено без изменения.                                  

По делу № А13-8167/2011 поскольку истец являлся владельцем товарного знака, факт нарушения ответчиком его исключительных на товарный знак подтвержден материалами дела, требования истца в размере 40 000 руб. признаны судом обоснованными.

Учитывая однократный случай нарушения ответчиком исключительных прав истца, отсутствие в материалах дела доказательств совершения такого правонарушения ранее, а также, принимая во внимание незначительность допущенного нарушения и степень вины нарушителя, суд снизил размер компенсации до 10 000 руб.

За подачу искового заявления уплачена государственная пошлина в размере 2000 руб.

В связи с частичным удовлетворением иска судебные расходы отнесены судом на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. С ответчика в пользу истца взыскано 500 руб. в возмещение расходов по госпошлине.

Постановлением апелляционной инстанции решение суда оставлено без изменения.                                       

В    кассационном    порядке    указанные    выше    судебные    акты    не обжаловались.                                

В настоящее время правовая позиция по вопросу о распределении судебных расходов при снижении судом размера компенсации за нарушение исключительных прав изложена в Постановлении Президиума ВАС РФ № 9189/13 от 04.02.2014.

Данное постановление размещено па сайте ВАС РФ 05.04.2014, содержит указание на возможность пересмотра по новым обстоятельствам вступивших в законную силу судебных актов арбитражных судов по делам со схожими фактическими обстоятельствами.

Порядок распределения государственной пошлины по результатам рассмотрения арбитражного дела определен статьей ПО Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом данным Кодексом не предусмотрено применение по аналогии к нормам процессуального права норм материального права, в данном случае норм статьи 333 Гражданского кодекса.

Тот факт, что суду предоставлено право определять сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, не является основанием для применения пункта 9 Постановления № 81, поскольку данное разъяснение не относится к статье 1515 Гражданского кодекса.

Установленная пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса мера ответственности применяется по выбору истца вместо возмещения убытков. Требование об уплате компенсации подлежит удовлетворению при наличии доказательств несанкционированного использования товарного знака, то есть факта правонарушения. Размер же компенсации определяется судом исходя из конкретных обстоятельств дела, в том числе характера нарушения, срока незаконного использования, возможных убытков.

Со ссылкой на положения статьи 333 Гражданского кодекса суд не вправе уменьшить размер компенсации, установленный пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса, поскольку обязательство нарушителя исключительных прав на товарный знак по выплате компенсации не является неустойкой. Статья 333 Гражданского кодекса не может быть применена и по аналогии, поскольку в силу пункта 1 статьи 6 Гражданского кодекса аналогия закона применяется в случае, если соответствующие отношения не урегулированы законодательством или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай делового оборота. В данном случае существует специальное регулирование - при оценке соразмерности совершенного нарушения и ответственности за это суду предоставлена возможность определения конкретной суммы компенсации в пределах, установленных законом, - от 10 000 рублей до 5 000 000 рублей.

В условиях, когда в законе указан минимальный и максимальный размер компенсации, а также предусмотрено право суда определять конкретный размер компенсации исходя из перечисленных выше критериев нарушения, истец, заявляя исковые требования в максимальном размере, в силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации     несет     риск     наступления     последствий     совершения     им процессуальных действий, который в рассматриваемом случае заключается в отнесении на истца государственной пошлины пропорционально размеру необоснованно заявленной компенсации.

 

Председатель судебного состава                            С.В. Корепин

Судья                                                                         И.В. Шумкова

 

 
Расписание дел
Информация о деле
Госпошлина
Банкротство